Над нами не свистели пули…

Моя цель проста - оставить потомкам односельчан на память воспоминания людей того времени и, по возможности, их фотоизображения

«Тик-так, тик-так» - так стучит механизм часов. Проходят секунды, минуты, часы, дни, годы, и прошедшее время безжалостно становится историей, как отдельного человека, так и всего живого на Земле. И как бы мы ни хотели вернуть то время обратно, или хотя бы задержать, не получается.

Так же и жизнь всего живого проходит, совершив определенный цикл от рождения до смерти. Приходит пора, уходят в небытие мои односельчане. Давно уж нет на земле тех людей, кто работал ради победы страны в жестокое военное время и при восстановлении разрушенного хозяйства, с кем общался, с кем работал на благо колхоза. За старшим поколением постепенно уходят и так называемые дети войны, трудившиеся на колхозном и промышленном производстве.

Чтобы напомнить о тех, кто работал в годы Великой Отечественной войны, я использовал старые фотоснимки, обнаруженные в семейных альбомах односельчан. Когда смотришь на лица на фотографиях, создается ощущение, будто они смотрят на нас с надеждой, что больше не будет той жестокой войны, лишений, болезней, смертей, которые они пережили.

Эти снимки военного и послевоенного времени, да к тому же такие снимки редкость. Их редкость объясняется просто. В годы войны в селе отсутствовала соответствующая аппаратура, не было возможности запечатлевать образы людей на фотобумаге. Правда, был случай, что в 1942 году в село забрел человек с фотоаппаратом и фотографировал желающих. Он остановился у Константина Васильевича Сергеева и у него во дворе оборудовал подобие фотопавильона.

Люди приходили к нему и фотографировались для отправки фотокарточек на фронт, с напоминанием о семье, что их помнят и ждут. Качество снимков не очень хорошее, да и время наложило на них свою печать, с тех событий прошло порядка 80 лет времени.

В первые годы войны у нас в селе был учебный пункт молодых призывников. Они учились маршировке в строю, знакомились с винтовкой и иногда за старым мостом в конце села упражнялись в стрельбе. Там пули летели в мишень, а зрителями были вездесущие мальцы. Над селом действительно не свистели пули, не рвались снаряды и бомбы, в наших краях не было событий, как на фронте.

С фотографий смотрят молодые и взрослые, когда-то живые лица, но теперь многих из них нет среди нас. «Часто образы, запечатленные на старых фотографиях, говорят о многом своим, лишь им присущим языком больше, чем о том же написанном», - писал наш односельчанин Анатолий Петрович Алексеев в своих воспоминаниях.

Вдоль русла речушки под названием Малый Укияз широко раскинулось наше красивое село Дюртюли. Здесь мы родились, выросли и внесли какую-то лепту в развитие села, колхоза и государства. Кто-то из нас покинул его в поисках личного счастья, а кто-то остался в селе продолжать род.

До войны колхоз в с. Дюртюли считался одним из успешных в районе, с хорошим достатком. Но когда грянула война, из Дюртюлей ушли на фронт все трудоспособные мужчины старше 18 лет, опустели закрома с полученным урожаем в предшествовавшем году. Село осиротело. Обязанности мужчин в семьях и общественном хозяйстве легли на плечи женщин, детей и стариков. Женщины-хозяйки стали главами семей.

В селе нередко слышался плач, когда семьи стали получать извещения с фронта по поводу гибели или потери без вестей мужчин.

В последующем из года в год по мере достижения 17 – 18-летнего возраста юноши тоже уходили на войну. Многие из них сложили свои головы в боях, а часть, израненные и больные, возвращалась домой, принося в семью радость и веру, что в дальнейшем все наладится и семья будет жить в полном составе.

Вспоминаю село в военные и послевоенные годы: голые приусадебные участки, дома, покрытые соломой, откуда торчали печные трубы. В то время редко у кого можно было видеть участки земли под садово-овощными культурами. Вся земля огородов использовалась под посадки картофеля, основного продукта выживания жителей. Иногда можно было видеть небольшие участки, где росли крупяные культуры полбы, овса, проса и конопли. Коноплю сеяли ради постного масла, пеньки для веревок и суровых ниток домашнего самоткачества.

Да, была Великая Отечественная война, которая унесла в небытие миллионы человеческих жизней. Была Победа, она досталась нашей стране, в частности и дюртюлинцам, очень дорого. Из более 160 фронтовиков и 600 человек, работавших ради Победы из нашего села, уже давно нет никого на земле. Кто-то из них покоится на дюртюлинском погосте, братских могилах, где шла жестокая война, некоторые под безвестными могильными холмиками, чьи-то останки выискиваются стараниями поисковиков.

На так называемые «родительские дни», особенно на праздники Святой Пасхи и Троицы, в село приезжают молодые и пожилые родственники из разных мест проживания, посещают кладбище. К могилам приходят односельчане, родственники, потомки, чтобы ухаживать за ними, помянуть усопших, установить памятники и памятные знаки на могильные холмики.

Вот встретились в праздничный день Троицы три Николая, слева направо: Игнатьев из п. Серафимовский, Куприянов из г. Уфа и Скрипов из г. Екатеринбург. Они, оставив свои повседневные дела, приехали в родное село, чтобы встретиться с родными лицами, у могил помянуть ушедших на вечный покой родных и близких, облегчить тоску по малой родине.

Мне немало лет, приходилось бывать в разных местах страны, видел там памятники участникам и погибшим на войне. Есть и памятники труженикам заводов и фабрик. Подобный памятник воевавшим дюртюлинцам есть и на площади села, там на камне высечены их имена. Но нет памятника крестьянину – кормильцу страны. А ведь в Победе громадная заслуга не только военных на фронте, но и стариков, женщин, детей! Тяжело пришлось нашим дедам, бабушкам, мамам, отцам и детям войны. Взрослые и трудоспособные дети, оставаясь сами голодными, производили все, что требовали от них страна и война. Те, кто жил и работал на нужды войны в жестокие четыре года, достойны, чтобы о них помнили, почитали и эту память передавали следующим поколениям.

У меня есть списки имен многих дюртюлинцев, кто воевал и кто отдавал свои силы на колхозных полях и фермах, также и обучал детей в школе. Да, шла война, и учителя ушли на фронт, но их заменили выпускницы средних школ и прибывшие по вынужденной эвакуации специалисты - педагоги и учителя из прифронтовой зоны страны. В Дюртюлинской школе тоже были эвакуированные преподаватели - предметники по математике, физике, химии, по русскому и немецкому языкам. Запомнившиеся эвакуированные учителя, кто работал в нашей школе, это семья Коношенок: Василий Семенович, Ольга Николаевна, Наталья Васильевна; Мария Николаевна Акишина; сестры Вайнер.

В годы войны даже в малых деревнях, как Укияз или Салиховка, плохо или хорошо, но школы работали. В школы поступали, пусть в малом количестве, новые учебники и писчебумажные принадлежности. Лично у меня в первом классе в 1944 году была новая грамматика чувашского языка.

Многие имена и лица я уже позабыл, тогда я был мальцом, а теперь сказывается возраст, да и прожил многие годы вдалеке от села. Иногда вспоминаю лишь прозвища и запомнившиеся лица односельчан из старших. С некоторыми из них мне и моим ровесникам пришлось поработать на колхозных полях уже после войны. Они учили нас работать на земле, понимая, что мы должны перенимать их опыт и продолжать жизнь в селе.

Л. ФЕДОРОВ. г. Лесной - с. Дюртюли.

Так выглядело село Дюртюли.

Жители села.

Косьба трав вручную.

Памятник участникам ВОВ в с. Дюртюли.

На празднике Троицы.

Фото предоставлены автором.